שֶׁרְבָּקוֹב, מיכאיל
Михаил Константинович Щербаков

© אלי בר-יהלום: תרגום מרוסית

תֵּבַת אֵינְמָנֹחַ

הֱיוּ שָׁלוֹם, סְפֵקוֹת וְעֹז-פָּנִים;
          הִשְׁאַרְנוּ מֵאָחוֹר תִּקְוָה וָצַעַר.
בֵּין מַיִם תַּחְתּוֹנִים וְעֶלְיוֹנִים
          טֻשְׁטַשׁ הַגְּבוּל וְנֶעְלַם הַפַּעַר.
בְּתוֹך הַתְּכֵלֶת שָׁטָה הַתֵּבָה:
          תֵּבָה שֶׁאֵין מָנוֹחַ לְנוֹסְעֶיהָ.
רוּחוֹת שֶׁל אֲבָדוֹן וְאַהֲבָה -
          זֶה כָּל מָה שֶׁנּוֹשֵׁב בְּמִפְרָשֶׂיהָ.

לַשְּׁאֵלָה "לִהְיוֹת אוֹ לֹא לִהְיוֹת"
          מִפִּינוּ לֹא תֵצֵא תְשׁוּבָה נֶחְשֶׁבֶת;
אַךְ בֶּצַע-תְּהִלָּה וְאַשְׁלָיוֹת
          יוֹתֵר לֹא יִשְׁתַּלְּטוּ עַל בְּנֵי-הַצֶּוֶת.
לְמַעַן מָה הִפְלַגְנוּ בְּשַׁלְוָה
          לְתוֹךְ הַסְּעָרָה הַמִּתְגַּבֶּרֶת?
לְמַעַן אֲבָדוֹן וְאַהֲבָה,
          וְאֵין לָנוּ בִּכְלָל סִבָּה אַחֶרֶת.

בְּלִי לְיַחֵס כָּל חֲשִׁיבוּת לִכְלוּם
          מִלְבַד אוֹתוֹ עִסּוּק פָּזִיז שֶׁלָּנוּ,
מַאֲמִינִים שֶׁלֹא יִהְיֶה תַשְׁלוּם,
          אַךְ אִם צָרִיךְ - עוֹד רֶגַע וְשִׁלַּמְנוּ.
מִמָּה לַחְשֹׁשׁ? מִמַּעֲשֵׂי-אֵיבָה,
          מֵעֹנֶשׁ-מַאֲסָר, בְּדִידוּת וְסֵבֶל?
נַשְׁוֶה לַאֲבָדוֹן וְאַהֲבָה -
          בְּיַחַס לִשְׁנֵיהֶם הַכֹּל רַק הֶבֶל.

1988

КОВЧЕГ НЕУТОМИМЫЙ

Надежды прочь, сомнения долой,
Забыты и досада и бравада.
Граница между небом и водой
Уже не различима, и не надо.
По-прежнему свободный свой разбег
Сверяя с параллелью голубою,
Плывёт неутомимый наш ковчег,
Волнуемый лишь смертью и любовью.

Проблемы вечной "бысть или не бысть"
Решенья мы не знаем и не скажем,
Зато ни жажда славы, ни корысть
Уже не овладеют экипажем.
И если мы несёмся через льды,
Не чувствуя ни холода, ни боли,
То это всё ни для какой нужды,
А только ради смерти и любови.

Воистину ничем не дорожа
За этим легкомысленным занятьем,
Мы верим, что не будет платежа,
Но если он и будет, мы заплатим.
Чего бояться нам - тюрьмы, тоски,
Ущерба очагу, вреда здоровью?
Но это всё такие пустяки
В сравнении со смертью и любовью.

1988



הַחֲצוֹצְרָן

- הוֹי, אָז בִּגְלַל מַה זֶּה הַחַיִּים כֹּה הֶחְמִירוּ?
לָנוּ כְּבָר כִּמְעָט הָיָה מֶרְחָב לִנְשִׁימָה,
אַךְ כּוֹחוֹת-אֵימָה מְסֻיָּמִים שׁוּב הִמְטִירוּ
אֵשׁ עַל שְׁמֵי-מָרוֹם מִתּוֹתָחֵי-אֲדָמָה.

- כֵּן, אַךְ הַשָּׁמַיִם לֹא יִזֹּקוּ מִחֶרֶב;
אֵין מַה לְמַהֵר, גַּם אִם הַצֶּדֶק אִתְּךָ:
שְׁאוֹן הַתּוֹתָחִים יִרְעַם לוֹ כָּךְ אוֹ אַחֶרֶת,
אַךְ הָרְקִיעִים יִשָּׁאֲרוּ בִּמְנוּחָה.

- לֹא הָיִיתִי בָּז לְגוֹרָלִי הַפִּסֵּחַ,
אַךְ הַבֵּט וּרְאֵה אֵיךְ הוּא מוֹבִיל מִצְעָדִים:
הַמַּנְהִיג שֶׁלָּנוּ, הַלֵּיצָן הָרוֹצֵחַ,
מְפַקֵּד בְּלִי שֵׁם וְגֶנֶרָל בְּלִי מַדִּים!

- שְׁכַח, הוּא לֹא רָאוּי – לֹא לִקְלָלָה, לֹא לְשֶׁבַח!
הוּא רָכוּב עַל סוּס, אַךְ אַל תַּסִּיק מַסְקָנוֹת:
אֵין הוּא נַפּוֹלְיוֹן – וְהוּא בִּכְלָל לֹא אִישׁ-שֶׁלַח,
הוּא רַק בֶּן-אָדָם – מַה הוּא יָכוֹל לְשַׁנּוֹת?

- נִיחָא! חֲצוֹצְרָן שֶׁלִּי, נֻצַּחְנוּ וְזֶהוּ,
הַדְּמָעוֹת זוֹלְגוֹת – וְרַק אַתָּה שַׁאֲנָן!
אֵיךְ שָׁכַחְתָּ אֶת הַכֹּל, רָגוּעַ כְּזֵאוּס,
כְּשֶׁהַכִּשְׁלוֹנוֹת אוֹתְךָ עוֹטְפִים כְּעָנָן?

- אֵין פֹּה כִּשְׁלוֹנוֹת, לָכֵן גַּם אֵין מַה לִשְׁכֹּחַ!
חֲצוֹצְרָן אוֹ נַפּוֹלְיוֹן תִּהְיֶה – הָעִקָּר:
אֵין אֲנִי תָלוּי בְּשׁוּם אָדָם וְשׁוּם כֹּחַ.
קוּם, הֱיֶה כָּמוֹנִי – לֹא תָלוּי בְּדָבָר!

לְגַלֵּי-הַשְּׁכוֹל לָתֵת לִזְרֹם אֶל הַחוֹף יֵשׁ.
מַצְבִּיאִים יַרְבּוּ בִּנְאוּמִים – אַךְ לַשַּׁוְא:
יְנַצְּחוּ הַכֹּל רַק הַכָּבוֹד וְהַחֹפֶשׁ,
רַק שְׁנֵיהֶם בִּלְבָד – וְכָל הַשְּׁאָר לֹא נֶחְשָׁב.

1986

ТРУБАЧ

- Ах, ну почему наши дела так унылы
Как вольно дышать мы бы с тобою могли
Но - где-то опять некие грозные силы
Бьют по небесам из артиллерий Земли.

- Да, может и так, но торопиться не надо
Что ни говори, неба не ранишь мечом
Как ни голосит, как ни ревёт канонада
Тут - сколько ни бей, всё небесам нипочём.

- Ах, я бы не клял этот удел окаянный,
Но - ты посмотри, как выезжает на плац
Он, наш командир, наш генерал безымянный,
Ах, этот палач, этот подлец и паяц!

- Брось! Он ни хулы, ни похвалы не достоин.
Да, он на коне, только не стоит спешить.
Он не Бонапарт, он даже вовсе не воин,
Он - лишь человек, что же он волен решить?

- Но - вот и опять слёз наших ветер не вытер.
Мы побеждены, мой одинокий трубач!
Ты ж невозмутим, ты горделив, как Юпитер.
Что тешит тебя в этом дыму неудач?

- Я здесь никакой неудачи не вижу.
Будь хоть трубачом, хоть Бонапартом зовись.
Я ни от чего, ни от кого не завишу.
Встань, делай как я, ни от кого не завись!
И, что бы ни плёл, куда бы ни вёл воевода,
Жди, сколько воды, сколько беды утечёт.
Знай, всё победят только лишь честь и свобода.
Да, только они, всё остальное - не в счёт...

1986